Суббота, 18.11.2017, 03:46                                                 

                                                                                                                               

Главная | Регистрация | Вход Приветствую Вас Гость | RSS
[ Новые сообщения · Участники Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 5 из 6«123456»
Форум » Зал нашего досуга » Сказки от Эльфики » СКАЗКИ друзей ЭЛЬФИКИ (5 ЧАСТЬ)
СКАЗКИ друзей ЭЛЬФИКИ
ВероничкаДата: Среда, 27.05.2015, 10:10 | Сообщение # 61
Мастер Рейки
Группа: Житель сайта Рейки
Сообщений: 10283
Статус: в медитации
продолжение

- Так, я есть хочу – заявил Возраст.
Света, как радушная хозяйка начала предлагать:
- Салат будете?
- Сала-ат – капризно протянул Возраст — Картофельного пюре с парной котлетой хочу и молока горячего и с мёдом!
- Я могу сделать свежий салат, летом ведь не хочется горячего и ещё есть кефир, да, из фруктов могу выжать свежий сок — предложила Света – Ой, а мёд мы ещё зимой весь съели, он был такой… солнечный, и так вкусно пах луговыми травами и ветром и росой.
- Даже мёда нет? – возмутился Возраст – И какой сок, у меня же гастрит, и вообще мне плохо, я простыл на сквозняке, и в спине стреляет, срочно аспирин и обезболивающее! Где у вас аптечка? — простонал Возраст.
Света была честным человеком, но она по-честному не могла сказать Возрасту, которому видно было очень плохо, что в аптечке только йод и зелёнка, которыми они в последний раз пользовались в прошлом году, когда любимый муж Юра пришёл в ссадинах после игры в футбол во дворе с мальчишками. Света, вспомнила, что она тогда мужу тоже что-то сказала про возраст. Но, любимый муж, чмокнул в щёку и ответил, что ему надо быть в форме, а то как же он будет играть в футбол с внуками, которых дочки нарожают.
Содержимое аптечки и было последней каплей в тот день, в Светиных отношениях с Возрастом — он ушёл, хлопнув дверью.
Но Свете некогда было задумываться над этим, так как пришёл с работы любимый муж, его надо было накормить обедом, а потом они поехали в лес и на речку.
Возраст ещё несколько раз приходил к Свете, но не заставал её дома: летними вечерами она играла в волейбол в сосновом бору на берегу Камы или просто гуляла по городу и набережной, осенью – была на занятиях восточными танцами или на концертах разных заезжих знаменитостей; зимним утром — каталась на лыжах.
Но возраст, он тоже настырным оказался, решил выяснить отношения раз и навсегда: и подкараулил Свету, когда она с мужем приехала на Еловские водопады с большой и весёлой компанией интересных людей. Он пытался догнать её, когда она ходила по горам с мужем и небольшой группой по «Сказочной» карте, на которой были отмечены места, где они выполняли разные весёлые задания и собирали имена сказочных героев. Не догнал тогда её Возраст, приплёлся только вечером к сцене, на которой эти группы показывали придуманные сказки.
«Она же устала, ноги, наверно, болят – столько ходила, и сейчас ещё она продрогнет, вон какой свежестью от родника несёт, спина-то и откажет, вот тогда обо мне и вспомнит» — думал Возраст. Но под сказки он заснул, так и не дождавшись этого радостного, для него, события. А утром, продрогший и простывший, он с ужасом увидел, как Света с мужем выливают на себя по ведру воды из родника…
У Возраста потемнело в глазах и он потерял сознание.
…Очнулся Возраст, весь укутанный, с компрессом на голове, на диване у своей ненаглядной Матвеевны, она за ним заботливо ухаживала: поила его чаем с мёдом, делилась таблетками, утешала рассказами о своих болезнях и читала его любимый «ЗОЖ».
Возраст решил, что к Свете он больше ни ногой, а как услышит о ней что-то: как они на сплав с мужем пошли, или на фестиваль какой поехали, то ему сразу плохо делается.

Вот вы спросите, а как же Света, вспоминает ли она о Возрасте? А у неё другие заботы, скажу я вам: вот думает, не купить ли им с мужем по рюкзачку, удобные такие — в «Олимпике» видела, и кроссовки хорошие присмотрела, да и палатку надо бы прикупить, не всё же у детей брать, а то соберутся летом в горы на Алтай, всё и пригодится!

Вот так в жизни бывает! Вы думаете, что я всё это насочиняла, и не было такого? А вы у Светы спросите, она вам всё и подтвердит, и хитро так улыбнётся и тряхнёт кудряшками, а солнечный зайчик промелькнёт в её глазах и она опять умчится навстречу всяким интересностям жизни вместе с любимым мужем Юрой!

Автор: Татьяна Яичникова


 
ВероничкаДата: Среда, 27.05.2015, 10:11 | Сообщение # 62
Мастер Рейки
Группа: Житель сайта Рейки
Сообщений: 10283
Статус: в медитации
СВЕТЛАЯ СКАЗКА — от Владимира Терентьева

СКАЗКА
о стальном Солдатике и стеклянной Снегурочке
(по мотивам сказки Г.Х.Андерсена «Стойкий оловянный солдатик»)

Стойкий стальной Солдатик стоял по стойке смирно на сувенирном столе в семье сельского священника. Слева от Солдатика стояла стеклянная Снегурочка: стройная, стильная, сверкающая, словно северное сияние, словом, – само совершенство. Солдатик смотрел на Снегурочку, и его стальное сердце стучало сильнее и сильнее: «Сне-гу-роч-ка, Сне-гу-роч-ка!» Снегурочка слышала солдатское сердце, и её стеклянное сердечко стучало: «Сол-да-тик, Сол-да-тик!» Слюбились, сердешные! Вот и славно!
За спиной Солдатика стояла на столе старинная серебряная супница, а в супнице столовался старый сказочный Санта, сноб и стиляга, славившийся скверной сутью своей и склонностью к ссорам и скандалам.
– Смотри, смотри да не сглазь, – сипло сказал Санта Солдатику, – слушай сюда, служивый! Не суйся к Снегурке, она мне не столько сподвижница по службе снежной, сказочной, сколько спутница по судьбе. Свататься я собрался, супругой Снегурку сделаю! Старость с ней свою скоротаю. Словом, солдат, сваливай скорее со стола, а то сам спихну и со света сживу!
Не смутился и не струсил Солдатик, строго и спокойно стоял, в спор с Сантой не ступил, а смотрел на Снегурочку, сердцебиение её слушал.
Слез Санта из супницы на стол, стал сбоку, на Солдатика свысока смотрит и сказывает:
– Справный служивый, самой смерти не страшишься да от судьбы не сбежишь, не спрячешься. Со мной, стариком, само собой, – справиться сможешь, а со Снегуркой, – не сладишь. Слишком самобытные, не стандартные вы: она – стеклянная, а ты – стальной. Системы не совпадают. Столкнётесь случайно или сдавишь её сколь-нибудь сильно, так стекло-то и сломается, по сторонам стекляшками ссыпится. Стекляшки снова не соберёшь, не склеишь! Или в скафандрах совокупляться собираетесь? Сечёшь или скудоумный совсем? Соображай скорей!
Содрогнулся Солдатик от слов скорбных и страшных, словно сто стрел сразу в сердце саданули. Не совладал он со смятением своего сознания, и, в сию секунду, Санта самосвалом свалился на Солдатика и со стола сшиб. Свалился Солдатик, сражённый, но не сломленный, не сдавшийся. Снизу на стол смотрит, где его святыня – Снегурочка стоит. С силами собирается, да сердце стальное саднит.
И сейчас же снегирём стремительным спорхнула со стола Снегурочка, сквозь слёзы склонилась над Солдатиком, соединилась с ним, соприкоснулась сердцем к сердцу. Стальное и стеклянное сердца стали стучать согласованно, соразмерно, синхронно, словно сообщающиеся сосуды, свободно, в совершенном сердечном согласии. Вот счастье-то свалилось, в столетие – счастливый случай!
А Санта спешно в супницу спрятался и стих, словно суслик.
Слава сердечному союзу стального Солдатика и стеклянной Снегурочки!
Слава святому Создателю счастливых сердечных союзов!

Автор: Владимир Терентьев


 
ВероничкаДата: Среда, 27.05.2015, 10:13 | Сообщение # 63
Мастер Рейки
Группа: Житель сайта Рейки
Сообщений: 10283
Статус: в медитации
СВЕЧА ГОРЕЛА… — от Майка Гелприна

Звонок раздался, когда Андрей Петрович потерял уже всякую надежду.
— Здравствуйте, я по объявлению. Вы даёте уроки литературы?
Андрей Петрович вгляделся в экран видеофона. Мужчина под тридцать. Строго одет — костюм, галстук. Улыбается, но глаза серьёзные. У Андрея Петровича ёкнуло под сердцем, объявление он вывешивал в сеть лишь по привычке. За десять лет было шесть звонков. Трое ошиблись номером, ещё двое оказались работающими по старинке страховыми агентами, а один попутал литературу с лигатурой.
— Д-даю уроки, — запинаясь от волнения, сказал Андрей Петрович. — Н-на дому. Вас интересует литература?
— Интересует, — кивнул собеседник. — Меня зовут Максим. Позвольте узнать, каковы условия.
«Задаром!» — едва не вырвалось у Андрея Петровича.
— Оплата почасовая, — заставил себя выговорить он. — По договорённости. Когда бы вы хотели начать?
— Я, собственно… — собеседник замялся.
— Первое занятие бесплатно, — поспешно добавил Андрей Петрович. — Если вам не понравится, то…
— Давайте завтра, — решительно сказал Максим. — В десять утра вас устроит? К девяти я отвожу детей в школу, а потом свободен до двух.
— Устроит, — обрадовался Андрей Петрович. — Записывайте адрес.
— Говорите, я запомню.
В эту ночь Андрей Петрович не спал, ходил по крошечной комнате, почти келье, не зная, куда девать трясущиеся от переживаний руки. Вот уже двенадцать лет он жил на нищенское пособие. С того самого дня, как его уволили.
— Вы слишком узкий специалист, — сказал тогда, пряча глаза, директор лицея для детей с гуманитарными наклонностями. — Мы ценим вас как опытного преподавателя, но вот ваш предмет, увы. Скажите, вы не хотите переучиться? Стоимость обучения лицей мог бы частично оплатить. Виртуальная этика, основы виртуального права, история робототехники — вы вполне бы могли преподавать это. Даже кинематограф всё ещё достаточно популярен. Ему, конечно, недолго осталось, но на ваш век… Как вы полагаете?
Андрей Петрович отказался, о чём немало потом сожалел. Новую работу найти не удалось, литература осталась в считанных учебных заведениях, последние библиотеки закрывались, филологи один за другим переквалифицировались кто во что горазд. Пару лет он обивал пороги гимназий, лицеев и спецшкол. Потом прекратил. Промаялся полгода на курсах переквалификации. Когда ушла жена, бросил и их.
Сбережения быстро закончились, и Андрею Петровичу пришлось затянуть ремень. Потом продать аэромобиль, старый, но надёжный. Антикварный сервиз, оставшийся от мамы, за ним вещи. А затем… Андрея Петровича мутило каждый раз, когда он вспоминал об этом — затем настала очередь книг. Древних, толстых, бумажных, тоже от мамы. За раритеты коллекционеры давали хорошие деньги, так что граф Толстой кормил целый месяц. Достоевский — две недели. Бунин — полторы.
В результате у Андрея Петровича осталось полсотни книг — самых любимых, перечитанных по десятку раз, тех, с которыми расстаться не мог. Ремарк, Хемингуэй, Маркес, Булгаков, Бродский, Пастернак… Книги стояли на этажерке, занимая четыре полки, Андрей Петрович ежедневно стирал с корешков пыль.
«Если этот парень, Максим, — беспорядочно думал Андрей Петрович, нервно расхаживая от стены к стене, — если он… Тогда, возможно, удастся откупить назад Бальмонта. Или Мураками. Или Амаду».
Пустяки, понял Андрей Петрович внезапно. Неважно, удастся ли откупить. Он может передать, вот оно, вот что единственно важное. Передать! Передать другим то, что знает, то, что у него есть.
Максим позвонил в дверь ровно в десять, минута в минуту.
— Проходите, — засуетился Андрей Петрович. — Присаживайтесь. Вот, собственно… С чего бы вы хотели начать?
Максим помялся, осторожно уселся на край стула.
— С чего вы посчитаете нужным. Понимаете, я профан. Полный. Меня ничему не учили.
— Да-да, естественно, — закивал Андрей Петрович. — Как и всех прочих. В общеобразовательных школах литературу не преподают почти сотню лет. А сейчас уже не преподают и в специальных.
— Нигде? — спросил Максим тихо.
— Боюсь, что уже нигде. Понимаете, в конце двадцатого века начался кризис. Читать стало некогда. Сначала детям, затем дети повзрослели, и читать стало некогда их детям. Ещё более некогда, чем родителям. Появились другие удовольствия — в основном, виртуальные. Игры. Всякие тесты, квесты… — Андрей Петрович махнул рукой. — Ну, и конечно, техника. Технические дисциплины стали вытеснять гуманитарные. Кибернетика, квантовые механика и электродинамика, физика высоких энергий. А литература, история, география отошли на задний план. Особенно литература. Вы следите, Максим?
— Да, продолжайте, пожалуйста.
— В двадцать первом веке перестали печатать книги, бумагу сменила электроника. Но и в электронном варианте спрос на литературу падал — стремительно, в несколько раз в каждом новом поколении по сравнению с предыдущим. Как следствие, уменьшилось количество литераторов, потом их не стало совсем — люди перестали писать. Филологи продержались на сотню лет дольше — за счёт написанного за двадцать предыдущих веков.
Андрей Петрович замолчал, утёр рукой вспотевший вдруг лоб.
— Мне нелегко об этом говорить, — сказал он наконец. — Я осознаю, что процесс закономерный. Литература умерла потому, что не ужилась с прогрессом. Но вот дети, вы понимаете… Дети! Литература была тем, что формировало умы. Особенно поэзия. Тем, что определяло внутренний мир человека, его духовность. Дети растут бездуховными, вот что страшно, вот что ужасно, Максим!
— Я сам пришёл к такому выводу, Андрей Петрович. И именно поэтому обратился к вам.
— У вас есть дети?
— Да, — Максим замялся. — Двое. Павлик и Анечка, погодки. Андрей Петрович, мне нужны лишь азы. Я найду литературу в сети, буду читать. Мне лишь надо знать что. И на что делать упор. Вы научите меня?
— Да, — сказал Андрей Петрович твёрдо. — Научу.
Он поднялся, скрестил на груди руки, сосредоточился.
— Пастернак, — сказал он торжественно. — Мело, мело по всей земле, во все пределы. Свеча горела на столе, свеча горела…
— Вы придёте завтра, Максим? — стараясь унять дрожь в голосе, спросил Андрей Петрович.
— Непременно. Только вот… Знаете, я работаю управляющим у состоятельной семейной пары. Веду хозяйство, дела, подбиваю счета. У меня невысокая зарплата. Но я, — Максим обвёл глазами помещение, — могу приносить продукты. Кое-какие вещи, возможно, бытовую технику. В счёт оплаты. Вас устроит?


 
ВероничкаДата: Среда, 27.05.2015, 10:13 | Сообщение # 64
Мастер Рейки
Группа: Житель сайта Рейки
Сообщений: 10283
Статус: в медитации
продолжение

Андрей Петрович невольно покраснел. Его бы устроило и задаром.
— Конечно, Максим, — сказал он. — Спасибо. Жду вас завтра.
— Литература – это не только о чём написано, — говорил Андрей Петрович, расхаживая по комнате. — Это ещё и как написано. Язык, Максим, тот самый инструмент, которым пользовались великие писатели и поэты. Вот послушайте.
Максим сосредоточенно слушал. Казалось, он старается запомнить, заучить речь преподавателя наизусть.
— Пушкин, — говорил Андрей Петрович и начинал декламировать.
«Таврида», «Анчар», «Евгений Онегин».
Лермонтов «Мцыри».
Баратынский, Есенин, Маяковский, Блок, Бальмонт, Ахматова, Гумилёв, Мандельштам, Высоцкий…
Максим слушал.
— Не устали? — спрашивал Андрей Петрович.
— Нет-нет, что вы. Продолжайте, пожалуйста.
День сменялся новым. Андрей Петрович воспрянул, пробудился к жизни, в которой неожиданно появился смысл. Поэзию сменила проза, на неё времени уходило гораздо больше, но Максим оказался благодарным учеником. Схватывал он на лету. Андрей Петрович не переставал удивляться, как Максим, поначалу глухой к слову, не воспринимающий, не чувствующий вложенную в язык гармонию, с каждым днём постигал её и познавал лучше, глубже, чем в предыдущий.
Бальзак, Гюго, Мопассан, Достоевский, Тургенев, Бунин, Куприн.
Булгаков, Хемингуэй, Бабель, Ремарк, Маркес, Набоков.
Восемнадцатый век, девятнадцатый, двадцатый.
Классика, беллетристика, фантастика, детектив.
Стивенсон, Твен, Конан Дойль, Шекли, Стругацкие, Вайнеры, Жапризо.
Однажды, в среду, Максим не пришёл. Андрей Петрович всё утро промаялся в ожидании, уговаривая себя, что тот мог заболеть. Не мог, шептал внутренний голос, настырный и вздорный. Скрупулёзный педантичный Максим не мог. Он ни разу за полтора года ни на минуту не опоздал. А тут даже не позвонил. К вечеру Андрей Петрович уже не находил себе места, а ночью так и не сомкнул глаз. К десяти утра он окончательно извёлся, и когда стало ясно, что Максим не придёт опять, побрёл к видеофону.
— Номер отключён от обслуживания, — поведал механический голос.
Следующие несколько дней прошли как один скверный сон. Даже любимые книги не спасали от острой тоски и вновь появившегося чувства собственной никчемности, о котором Андрей Петрович полтора года не вспоминал. Обзвонить больницы, морги, навязчиво гудело в виске. И что спросить? Или о ком? Не поступал ли некий Максим, лет под тридцать, извините, фамилию не знаю?
Андрей Петрович выбрался из дома наружу, когда находиться в четырёх стенах стало больше невмоготу.
— А, Петрович! — приветствовал старик Нефёдов, сосед снизу. — Давно не виделись. А чего не выходишь, стыдишься, что ли? Так ты же вроде ни при чём.
— В каком смысле стыжусь? — оторопел Андрей Петрович.
— Ну, что этого, твоего, — Нефёдов провёл ребром ладони по горлу. — Который к тебе ходил. Я всё думал, чего Петрович на старости лет с этой публикой связался.
— Вы о чём? — у Андрея Петровича похолодело внутри. — С какой публикой?
— Известно с какой. Я этих голубчиков сразу вижу. Тридцать лет, считай, с ними отработал.
— С кем с ними-то? — взмолился Андрей Петрович. — О чём вы вообще говорите?
— Ты что ж, в самом деле не знаешь? — всполошился Нефёдов. — Новости посмотри, об этом повсюду трубят.
Андрей Петрович не помнил, как добрался до лифта. Поднялся на четырнадцатый, трясущимися руками нашарил в кармане ключ. С пятой попытки отворил, просеменил к компьютеру, подключился к сети, пролистал ленту новостей. Сердце внезапно зашлось от боли. С фотографии смотрел Максим, строчки курсива под снимком расплывались перед глазами.
«Уличён хозяевами, — с трудом сфокусировав зрение, считывал с экрана Андрей Петрович, — в хищении продуктов питания, предметов одежды и бытовой техники. Домашний робот-гувернёр, серия ДРГ-439К. Дефект управляющей программы. Заявил, что самостоятельно пришёл к выводу о детской бездуховности, с которой решил бороться. Самовольно обучал детей предметам вне школьной программы. От хозяев свою деятельность скрывал. Изъят из обращения… По факту утилизирован…. Общественность обеспокоена проявлением… Выпускающая фирма готова понести… Специально созданный комитет постановил…».
Андрей Петрович поднялся. На негнущихся ногах прошагал на кухню. Открыл буфет, на нижней полке стояла принесённая Максимом в счёт оплаты за обучение початая бутылка коньяка. Андрей Петрович сорвал пробку, заозирался в поисках стакана. Не нашёл и рванул из горла. Закашлялся, выронив бутылку, отшатнулся к стене. Колени подломились, Андрей Петрович тяжело опустился на пол.
Коту под хвост, пришла итоговая мысль. Всё коту под хвост. Всё это время он обучал робота.
Бездушную, дефективную железяку. Вложил в неё всё, что есть. Всё, ради чего только стоит жить. Всё, ради чего он жил.
Андрей Петрович, превозмогая ухватившую за сердце боль, поднялся. Протащился к окну, наглухо завернул фрамугу. Теперь газовая плита. Открыть конфорки и полчаса подождать. И всё.
Звонок в дверь застал его на полпути к плите. Андрей Петрович, стиснув зубы, двинулся открывать. На пороге стояли двое детей. Мальчик лет десяти. И девочка на год-другой младше.
— Вы даёте уроки литературы? — глядя из-под падающей на глаза чёлки, спросила девочка.
— Что? — Андрей Петрович опешил. — Вы кто?
— Я Павлик, — сделал шаг вперёд мальчик. — Это Анечка, моя сестра. Мы от Макса.
— От… От кого?!
— От Макса, — упрямо повторил мальчик. — Он велел передать. Перед тем, как он… как его…
— Мело, мело по всей земле во все пределы! — звонко выкрикнула вдруг девочка.
Андрей Петрович схватился за сердце, судорожно глотая, запихал, затолкал его обратно в грудную клетку.
— Ты шутишь? — тихо, едва слышно выговорил он.
— Свеча горела на столе, свеча горела, — твёрдо произнёс мальчик. — Это он велел передать, Макс. Вы будете нас учить?
Андрей Петрович, цепляясь за дверной косяк, шагнул назад.
— Боже мой, — сказал он. — Входите. Входите, дети.

Автор: Майк Гелприн, Нью-Йорк (Seagull Magazine от 16/09/2011)


 
ВероничкаДата: Среда, 27.05.2015, 10:14 | Сообщение # 65
Мастер Рейки
Группа: Житель сайта Рейки
Сообщений: 10283
Статус: в медитации

СЕМЕЙНАЯ ИСТОРИЯ — от Мери Рич


На опушке леса в лесном добротном домишке жила семья: папа Козел, мама — Енотовидная Собака и две дочери, одна в папу – Козочка, другая в маму — Енотовидный Щенок.
Папа Козел был все время занят, он целыми днями работал на лугу и блеял. К вечеру Козел приносил домой много травы, раскладывал ее сушить на жарком солнце, а потом готовую в сарай прятал. На зиму запасы готовил. Сено с прошлого года оставалась на нынешний, Козел носил сено на звериный рынок. С руками и ногами забирали. Не все любили траву косить, сушить и сохранять, а Козлу это ловко удавалось. Но Енотовидную Собаку муженек жутко раздражал своим сараем, напиханным под крышу соломой. Жена считала это полной ерундой. Хотя деньги, вырученные с продажи сена, ее радовали. На них она покупала себе украшения и щеголяла во всей красе на звериных сборищах.
Жена занималась домашним хозяйством и между делами успевала сбегать поохотиться, притащить лягушек, рыбы, насекомых, зеленые части растений, ягоды. Муж Козел был очень недоволен хищническими замашками жены, но относился к этому снисходительно, не забывая подчеркнуть, что не дело это — убивать лесных жителей, кощунство какое-то. Вот он питается только растительной пищей и очень этим гордится, а жена – тяжелая женщина. Надо ей от своих дурных привычек избавляться.
Енотовидная собака послушает обвинения и упреки мужа, а есть-то охота, хоть она и растительной пищей питается, но сидеть ей только на вегетарианской диете было непереносимо, уже пробовала, исхудала, никаких сил на домашнее хозяйство не оставалось. Да еще одна дочка, как и муж, питалась растениями, а другая любила жаб пожирнее.
И вот начались в семье постоянные драки между сестрами. Покоя родителям не было. Козлу приходилось покидать лужок и плестись среди рабочего дня домой – конфликты между дочками улаживать. Енотовидная Собака только руками разводила. Ничего сделать не могла. Не слушались ее девочки.
Козел, приходя домой вечером, все чаще заставал всю семью в слезах. Не выдержал Козел и предложил всем вместе пойти к семейному психотерапевту – Мудрой Сове. Сова практиковала 15 лет, Козла еще и в помине не было, а она излечивала семейные недуги. О Сове ходила слава не только по лесу, но и далеко за его пределами.
В выходной день, договорившись заранее с Совой, семья нарядилась в свои самые лучшие платья и отправилась на прием к Сове. Сова жила в дупле. И ее условием было то, чтобы клиенты приходили по вечерам, когда уже начинало темнеть. Так ей лучше удавалось увидеть причину раздоров в семье.
И вот вечером явились все четверо в кабинет к Сове – под могучее дерево с дуплом наверху и огромными, выпяченными над землей корявыми корнями. Сова покряхтела, покряхтела и стала интерес проявлять: — чего пришли, чего от нее хотят?
Козел сказал, что сил у него нет от драк между дочерьми, что он как проклятый вкалывает на работе, устает, все делает для семьи — возможное и невозможное, а покоя дома нет. Хочется вернуться, отдохнуть, расслабиться, а дом вверх дном. И он, уставший, еще должен улаживать конфликт и всех успокаивать. Невмоготу ему уже и хочется с этим покончить, вот к Сове за помощью и привел свою непутевую семейку.
Жена в это время молчала, а девочки задрались, но быстро успокоились, когда заговорила Мудрая Сова: — А что вы каждый думаете по поводу драки между дочками? Что с вами происходит, когда они дерутся? Вы разговариваете про это друг с другом?
Пара переглянулась.
- А о чем тут разговаривать? — удивилась Енотовидная Собака, — одна дочка в него, другая в меня, вот и язык общий не находят. Дрались, и будут драться, зря мы сюда пришли.
-А вы с мужем находите общий язык? – полюбопытствовала Сова.
Жена вздрогнула: — как сказать…
-Что значит «как сказать»?
- Значит, сено мне его уже поперек горла стоит!
- А вы как считаете? — обратилась Сова к Козлу с тем же вопросом.
- А я считаю, что жена моя не права, я зарабатываю, о семье забочусь, сено – цену на рынке имеет хорошую, вы девочек вылечите.
Сестры, прижавшись друг к другу, сидели тихо и слушали о чем разговаривают взрослые. Раньше все внимание было на них, а теперь на родителях. Надо же! Их никто не ругает! А вот родители друг с другом пытаются найти общий язык! Вот это интересно!
- А вы слышите, что сено у жены поперек горла?
- И что? Оно нас кормит.
- А то, что я и одна из твоих дочерей питаемся лягушками, насекомыми ты умалчиваешь? И что я охочусь каждый божий день?
- Ну, это ваши странности, не совсем здоровые склонности. Я борюсь с ними, как могу. Нахожу в доме пойманную живность – из дому вон! Не хватало мне, Козлу, грех на душу брать! Чтоб козлы другие говорили, что в моей семье понажовщина творится!
- А то, что заболеем мы без дичи, тебя не касается?! – залаяла Енотовидная Собака.
- Не заболеете, растениями можете питаться.
- Да, конфликт на лицо, — прокряхтела Сова, — если хотите, чтобы ваши дочери перестали драться, вам двоим придется найти общий язык друг с другом. Все зависит от вас. Я могу только направить вас в нужное русло и помочь услышать друг друга.
Козел и Енотовидная Собака не ожидали такого поворота судьбы. Им меньше всего хотелось искать общий язык, им казалось это крайне трудным и даже невозможным. Ей снилось ночами, как она сжигает весь его сарай и тот пылает костром до неба, а ему хотелось надеть ей намордник, чтоб она не ловила животных и не учила этому дочь. Он уже даже присмотрел качественный намордник на рынке. И еще у каждого из них было по маленькому секретику. Он пасся с одной чудесной козочкой, а она охотилась с таким же, как сама – енотовидным псом.
А как дальше повернутся события в этой истории, время покажет.

Мери Рич


 
ВероничкаДата: Среда, 27.05.2015, 10:15 | Сообщение # 66
Мастер Рейки
Группа: Житель сайта Рейки
Сообщений: 10283
Статус: в медитации

СЕРВАНТИК И ШКАФ — сказка от Елены Зуиковои


В одном антикварном магазине хозяином был благообразный интеллигентный старичок.Он очень любил свое дело и хорошо разбирался в вещах и поэтому его магазинчик пользовался спросом у покупателей.Однажды к продавцу попал комплект старой мебели из двух вещей-платяного шкафа и серванта.У шкафа был фундаментальный крепкий вид,а сервантик отличался воздушностью и легкостью.Многие люди хотели купить сервантик,а шкаф обходили стороной.И как один все называли сервантик старинным,а шкаф-доисторическим.Ни шкаф,ни сервантик не могли понять почему их так по-разному оценивают люди.Из одного дерева и одним мастером она сделаны,и ручки медные-одинаковые,а реакция на них разная.Вещи очень боялись,что их разлучат.Но хозяин магазина их не продавал по отдельности.И вот стали они думать почему к ним так по-разному относятся,и стали они вспоминать свою долгую жизнь.Захотела барыня себе в комнату новый сервант и шкаф,и муж ей заказал у мастера вещи ручной работы.И чтобы ручки блестели,и зеркала и стекла переливались,чтобы она вся резная была.Очень хозяйке подарок мужа понравился.В сервантик она ставила свою любимую хрупкую посуду и свои увлечения:пяльца,нитки,канву.Стекла сервантика на солнце играли и переливались всеми цветами радуги,а шкаф наполнялся все больше и больше вещами.Тяжело ему было держать в себе и шубы,и обувь,и парадные платья.И эта ноша давила и давила на него.Вспомнили они свою старую жизнь и загрустили каждый о своем:сервантик-о былой роскоши и красоте,а шкаф-о тяжести.Однажды в магазин пришла молодая женщина увидела комплект и обомлела.Ее бабушка на старой фотографии была в окружении этих вещей.Женщина не раздумывая купила этот комплект,отдала его в реставрацию и подарила своей бабушке. И впервые за свои последние годы комплект мебели уравнялся и услышал о себе,что он не старинный и доисторический,а любимый и антикварный.

Автор: Елена Зуикова


 
ВероничкаДата: Среда, 27.05.2015, 10:16 | Сообщение # 67
Мастер Рейки
Группа: Житель сайта Рейки
Сообщений: 10283
Статус: в медитации

СЕРДЕЧНОЕ ПИСЬМО — от Ларисы Лощининой


Здравствуй! Проснулась сегодня и захотела написать тебе письмо…Я знаю, что ты очень тревожишься обо мне, порой даже не можешь работать спокойно, если я переживаю или расстраиваюсь. Ты всегда чувствуешь меня — мои мысли, мои чувства, мои эмоции — они не проходят мимо тебя, ты всегда реагируешь на них… Порой вместе со мной безмолвно плачешь и от обиды за меня раздуваешься как воздушный шар, а когда я чувствую себя виноватой — ты сьеживаешься и стараешься как бы отстраниться… Ты чувствуешь мое дыхание — его различные ритмы, то порывистое, то тревожное, то спокойное. Ты не упрекаешь меня ни за что, просто стараешься понять, а может быть принять меня такой какая я есть. Порой ты подсказываешь мне какие то решения, не навязываешь, а как будто робко направляешь. А иногда ты тихо стонешь, а я не слышу тебя, или просто не хочу тебя слышать… Мы с тобой вместе с самого моего рождения, но я до сих пор не научилась слышать тебя и принимать твои бесценные советы… Когда мне больно, ты тоже корчишься от боли, но я могу порыдать, покричать, а ты пребываешь в безмолвии… Я часто думаю, а если бы мы поменялись местами — смогла бы я жить так как живешь ты? — не выражать эмоций, всегда сохранять спокойствие, находиться в одном ритме и не сбиваться с него, просто ждать и молчать и верить, что все будет замечательно… Наверное не смогла бы… Ты имеешь связь с Богом и в тебе горит Его искра, и ты трепетно хранишь ее. Прости меня за мое невнимание, мою самонадеянность, за то, что не понимаю тебя и не принимаю твоих советов! Прости за то, что не думаю о тебе, когда раздражаюсь и выражаю отрицательные эмоции! Прости меня, что я часто забываю, что от моих мыслей и поступков зависит твоя жизнь! Прости меня за то, что я необдуманно рискую тобой! Прости меня за то, что не проявляю Любовь, которая так нужна тебе для радости и счастья! Прости меня мое СЕРДЦЕ, прости!!!!

Автор: Лариса Лощинина


 
ВероничкаДата: Среда, 27.05.2015, 11:27 | Сообщение # 68
Мастер Рейки
Группа: Житель сайта Рейки
Сообщений: 10283
Статус: в медитации
СЕРЫЙ ВОЛК ДА ЧЕРНЫЙ ВОРОН — сказка от Валерии Дмитриевой

Прозрачно, тихо, только деревья шепчутся в лесу. Чистый зачарованный мир, хранил первозданную красоту и Весть где-то на окраине Вселенной. В этом мире были, как и в некоторых других леса, горы, озера и даже люди, только было их так мало, что они не знали о существовании друг друга и считали себя глубоко одинокими в этом мире.
На равнине с нежно голубой травой и лиловыми цветами стоял дворец и жил в нем Иван-царевич, только не было у него царства и подданных, весь мир – его мир, а он и хозяин самому себе и слуга сам себе. Долго он так жил, но как-то ночью проснулся от предчувствия, смутного, туманного, глухого. Ветер бьется в окно, зовет с собой в дорогу – значит нужно идти. «Живу в этом мире, а его еще не изведал, вдруг в нем есть то, о чем даже не догадываюсь»,- так он подумал, встал, оделся и пошел за ветром. Ветер играет и манит, дождь пошел, деревья шумят наперебой, а внутренний голос Ивана-царевича молчит, и молчал до тех пор, пока не достиг валуна большого на перекрестке дорог. А камень гладкий, без надписей, без указателей, вот тут внутренний голос тихо робко, может быть, впервые заговорил с Иваном. Говорит ему: «Распахни двери души своей, впусти туда весь этот мир с его дорогами, радостью и тревогой, тогда поймешь, где твой путь, а где нет!». Опечалился царевич, присел у камня, думу думает, да и как иначе, ведь не знает, как мир сердцем слушать, и подумал: «Наверное, это ночь моя пришла». И стало вокруг темно и холодно, да еще одиночее. «Какая странная это штука – мысли и чувства — только подумал и случилось»,- удивился Иван. Но, как ни странно, обрадовался, потому что за ночью следует день, это он точно знал, да и нужно же с чего-то начинать, получилось, что с ночи. Но именно в ночи прилетел черный ворон и сел на камень, мудрая это была птица, но мудростью ей пока делиться было не с кем. А тут ворон видит человек сидит, созерцанием себя и мира занимается, слетел тогда ворон и тихо сел на плечо царевичу, заглянул в лицо к нему, сверкнул черными агатами глаз. Вздрогнул царевич, но птицу не прогнал, потому что смелый был, и умел смотреть правде в глаза, а вся правда об Иване как в зеркале отразилась в глазах ворона. Не страшна она была, но и сердцу не мила, а для размышлений полезна. Спрашивает ворон:
-Хочешь, твоим проводником буду, я вижу, пытлив ты, но для пути пока не готов, только на ноги встал и вдаль смотреть научился.
Иван ожил после слов таких и отвечает:
- Очень я рад, что не одинок и есть в этом мире еще кто-то, да еще такой мудрый, значит, день мой не за горами, а рядом, и он начинается.
Из-за леса появилось розово-золотистое свечение, и небо окрасилось в радужный цвет, начинался день.
- Ну, вот и хорошо, что сильна в тебе твоя надежда и вера,- говорит ворон.
Иван удивился переменам и понял тогда, насколько мир с ним связан, а он с миром и трудно им будет без этой связи. Встал путник с земли, отряхнулся, посмотрел еще раз в глаза ворону и молча пошел по дороге, та, что от середины вправо, а ворон над ним полетел.
Идет Иван и не знает, ту ли дорогу выбрал или нет, опыта не хватает, а решимость есть и сила с желанием, взгляд, устремленный вперед, воля как звенящая тетива, отваги и вызова себе. Шел немало, но и недолго, до долго еще не дошло, ворон залетел вперед и говорит:
- Чтобы мир узнать не всегда нужно его весь обходить, достаточно в нужное место попасть, в точку, откуда видно все и понятно.
- Где ж такая точка есть? Если будет на то твоя милость, отведи туда и не, потому что я слаб, а потому что любознателен, уж очень интересно посмотреть на такое чудо.
- Есть,- отвечает ворон,- это там где окаменевший серый волк стоит, гармонию мира храня. Пойдешь или побоишься?
- За диво такое не жаль и окаменеть,- отвечает царевич,- будем там вместе каменными стоять.
Попросил Иван-царевич ворона рассказать о том, что это такое и как произошло, ворон рад был пытливости и сообразительности попутчика, и открыл ему старую историю о себе и волке.
- Были мы друзьями и странствовали по разным мирам, постигали мудрость и гармонию разных миров. Встречались миры похожие друг на друга, но были и причудливые, тихие, сказочные, заповедные, были и страшные, злые да уродливые, но и в них была хоть крупица гармонии. Нам было хорошо вместе, знали мы друг друга настолько, что слов не требовалось, и друг о друге столько, чтобы существовала крепкая дружба наша. Так мы и жили, и казалось нам, все постигли, все узнали, но как- то раз встретился нам призрачный дворец, огромный как система планет, прекрасный, что описать сложно и друг мой волк предложил попробовать попасть туда. Я отговаривал его, убеждал, как мог что странно все это, да и не может быть, чтобы такой красивый и величественный впускал каждого, кто захочет войти в него. Да друг мой на этот раз не послушал меня и всякими уловками пытался пробраться, но дворец не пускал, стоял неприступной стеной и смотрел на нас с недоумением. Тогда решил волк пожертвовать собой, так и сказал дворцу о своем желании, понять его суть. А дворец, как живой нежным тихим голосом отвечает: «Будь по- твоему, ступай, постигай, только бремя познания тяжким будет, если сможешь унести, унесешь с собой, а если слабее окажешься, со мной вековать будешь». Друг попрощался со мной, попросил прощения и понесся сломя голову в открывшуюся дверь. Я не улетал, долго ждал, что перья на крыльях стали серебристо серыми, и тогда появился он, мой старый друг. Он и шел и плыл грациозно в воздухе, глаза его сверкали изумрудно-сказочно мудростью и гармонией, а дышал он всепостижением, но как только пересек пределы дворца стал замедлять шаг и замирать в движении. Пронзила меня в тот же часть догадка, что не станет моего друга сейчас вовсе, а только скульптурное украшение дворца. Собрал я все свои силы и создал большое облако, плотное и легкое, подогнал ветром под лапы застывающего в воздухе друга и когда убедился, что он уже стоит на нем, погнал облако в первый, оказавшийся вблизи мир. Это был этот мир — необжитой, пустынный, холодный, но как только приземлилось облако с волком и растаяло, напитав собой землю, мир преобразился, стал красивым, гармоничным, заповедным, зачарованным. Для гармонии требовались в этом мире еще существа и поэтому они появились, но столько, чтобы поддерживать равновесие и гармонию. Ведь дворец, в котором мой друг побывал, был вовсе не дворец, а Орган Вселенской Гармонии, а не почувствовали этого мы потому, что малое познает малое и чувствует его, а великое малому вместить невозможно.


 
ВероничкаДата: Среда, 27.05.2015, 11:28 | Сообщение # 69
Мастер Рейки
Группа: Житель сайта Рейки
Сообщений: 10283
Статус: в медитации
продолжение

Так и получилось, что сложное на порядок выше понимали и принимали, а великое постичь не смогли, настолько, чтобы оно стало частью нас, а не мы его. И ты, Иван, появился в тот день вместе с лесами и горами, морями и долами, ты один из чудес мира этого, и о тебе я знал, есть еще несколько, таких как ты, но на тебя непохожих. Ты, конечно, рад этому, но радоваться не торопись, ты их на своем пути не встретишь, твой путь иной. Может, почудилось мне, а может, и вправду было, дворец сказал будто, если существо, какое найдется и готово будет взять часть того, что волк принял и впустил в себя, то тогда оживет он.
Задумался ворон и больше не произнес ни слова, и Иван не тревожил его, то мир, то себя слушал. Сколько времени прошло в пути кто знает, разве тот, кто мерил или шел рядом. Дошли они до того места, точки особой, откуда все расходилось и куда сходилось все в этом мире. И встав в эту точку можно было услышать, о чем гудят дороги, говорит воздух, горы с лесами, поют облака и озера, знать, о чем думает этот мир, чем живет и наполнен, что чувствует и замышляет. Рядом окаменевший серый волк величественно стоит, выражение морды открытое и проникающее в душу. Подошел Иван, присел, смотрит, руку приложил на спину волку и почувствовал движение жизни под каменной коркой. Через камень этот пробиваться стала жизнь, робко и неспешно, проникать по руке, дышать на душу и разум. Думал царевич, что окаменеет, но не случилось этого, только волк оживать начал, голову повернул и улыбнулся. А Иван тем временем вбирал в себя сокровища органа гармонии, и как только волк полностью ожил, то убрал руку свою и почувствовал в себе мощь небывалую, волшебную. Глянул царевич на ворона растерянно, а тот ему в ответ: « Значит, твое это было, тебя ждало, а раз твое, то тебе по плечу и тебя не испортит, тебе этот мир дан, в нем тебе гармонию поддерживать, о нем хлопотать, радеть за него и растить, чтоб не был диким, но и не погиб от совершенства – гармония живет в простом и малом. Прощай путник мира этого и товарищ мой, а нам, верно, опять в путь пора, есть еще пустые миры, одичалые и злые, где мы нужны.
Понеслись по небу волк и ворон и исчезли из виду, остался Иван один. Ему теперь за все отвечать, и за мир этот, и за себя, а как быть, здесь ли остаться, или идти домой не знает, только подумал и дома оказался. Глянул на небо, на солнце и подумал: «Вот бы еще и звезды мерцали на дневном небе», звезды появились, подумал Иван о том, что хорошо было бы, чтоб рядом с домом его еще лес негустой дубовый да березовый стоял, и появился лес. Обрадовался Иван и испугался, что не просто он теперь хозяин себе, но и хозяин всему, и как теперь ему мысли и желания свои обуздывать, не позволять им командовать, чтоб мир в хаос не превратить. Вошел он в свой дворец, погрузился в молчание в ожидании озарения, но ответ не приходил. Тихо и пусто, как в начале пути, как будто ничего и не было. «Неужели опять в путь отправляться?»- подумал Иван, глядь, уже по дороге идет. «Неужели мне теперь все время по дорогам колесить, а жить когда, зачем мне дар этот — все менять, но не знать для чего. Вот вроде бы хозяин, и в то же время раб и себя и своих возможностей». Шел царевич и размышлял о себе, о пути-дороге, о том, как быть дальше и снова в душе появилось смутное предчувствие чего-то. Было оно не грустное и не радостное, не тревожное, но своей непонятностью и неясностью озадачивало. Прислушался Иван к своей душе и понял, что не хватает ему спутника, и пожелал он тогда себе в спутники человека доброго и мудрого, красивого и быстрого, тонко понимающего чувства и мысли, умелого в делах, уместного в словах, чтобы с ним было легко и интересно, надежно и таинственно сказочно. Вот появился перед царевичем спутник его молодой, красивый, с широко распахнутыми васильковыми глазами, ласковыми бровями, с легкой грациозной походкой, мелодичным голосом, быстрыми руками. Смотрит Иван на спутника своего и не понимает, что в нем не так, вроде похож, но другой.
- Как зовут тебя, спутник мой? – спросил Иван.
- Василиса,- отвечает.
- Красиво звучит, Василиса, но ты какой-то не…
- Да, я другая, и тебе должно быть это понятно. По тому, как я неожиданно оказалась здесь рядом с тобой, то поняла, что именно ты Владыка мира этого.
Иван покраснел и отвечает:
- Я часть мира этого, такая же, как ты и другие, живущие в нем, я несу в себе гармонию мира этого, и от меня может много зависит, но владыкой себя не считаю. Сейчас я путник и нуждаюсь в друге, понял это минуту назад, а до этого только предчувствие смутное было, зов души. И это чудо, что ты оказалась со мной рядом, ты такой… такая удивительная, только с тобой я чувствую, что такое гармония. И мне здесь с тобой так хорошо, что не хочется уже никуда идти и ни о чем думать, так бы стоял рядом с тобой и смотрел целую вечность.
Василиса лукаво улыбнулось, тряхнула золотистыми волосами и сказала:
- Тебе, вроде бы спутник нужен был, или передумал уже, а может, желания своего не понял?
Покраснел Иван еще раз, наклонил голову и серьезно тихо отвечает:
- Спутник мне не только в дороге, но и в жизни моей нужен, и чтобы не было против твоей воли спрошу по нраву ли я тебе, хочешь ли со мной остаться?
- А если скажу, что не хочу, отпустишь меня?
- Отпущу, — говорит Иван и совсем головой поник.
- Опять один по доброй воле останешься, что делать будешь?
- Не знаю, может друга, сам себе создам…
- Возможности у тебя большие, а мудрости нехватка обнаруживается, — говорит Василиса, — да ты не огорчайся, я с тобой останусь, милый ты, занятный, добрый и благородный. Рада я встрече с тобой, позволь и мне тебе предложить спутником моим быть.
Иван встрепенулся, как проснувшаяся от первых солнечных лучей пичуга, только что не защебетал.
- Ой, как я счастлив, может, и другой моей беде поможешь? Понимаешь, беда у меня, что ни подумаю, что ни пожелаю, сразу происходит.


 
ВероничкаДата: Среда, 27.05.2015, 11:29 | Сообщение # 70
Мастер Рейки
Группа: Житель сайта Рейки
Сообщений: 10283
Статус: в медитации
продолжение

- Поняла я это, дальше сказывай.
- Я еще в себе и в жизни не разобрался, а тут за мир в ответе, боюсь я его разрушить своими желаниями.
- Энергии и силы в тебе много, оттого и желаний столько.
- Так что,- говорит Иван,- плохо это? Что делать теперь?
- Что сил в тебе много — хорошо, — отвечает Василиса, ласково смотря на царевича, — только управлять этим надо уметь.
- В том то и дело, что не умею, изнутри вырывается как пламя, и меня обжигает, и мир.
- А ты,- говорит Василиса,- физически трудись, а трудясь, думай о том, что делаешь, тогда мир будет изменяться постепенно и мудро.
- Я ж ничему не обучен.
- Это проще простого, раз все можешь, вот и пожелай себе умения всякие, знания специальные.
У Ивана от радости аж сердце выпрыгивает, белый свет туманом плывет. Думает про себя: «Вот чего желать сразу надо было, а я звезды да лес, и по дорогам бы колесил до бесконечности».
- Теперь что делать будем? — спрашивает его Василиса.
- Домой, наверное, отправимся,- отвечает Иван.
И вмиг они у дома оказались. Осмотрелась Василиса и говорит: «Хорошо тут у тебя, петь хочется, цветы растить, добро творить».
Тут Иван и пожелал себе то, что Василиса ему посоветовала, и понял сразу, что надо ему растить рожь да пшеницу, лен да коноплю. Так и пошло у них дело, Иван сеет да растит, а Василиса из этого крупы да муку, а из них всякую вкуснятину, а лен да коноплю обращает в рубашки, штаны, сарафаны, что сшиты из тканей сотканных на станке, что Иван смастерил с любовью и нежностью.
Прошло времени немало уже, Иван-царевич у жены своей Василисы спрашивает:
- А все ли мы так делаем, может еще что нужно?
А Василиса ему говорит, — мир наш с тех пор, как ты занялся ремеслом всяким, не ухудшился, и это хорошо, еще лучше, что стал он краше и крепче прежнего. Теперь, когда опыт у тебя появился, можешь чудесами понемногу заниматься, творить и созидать.
Хотел было Иван этим заняться, да уже вроде как разучился, в основном простыми делами занимался, разве что климат в равновесии поддерживал. Растерялся, занедужился, вот и весь разговор. Василиса спрашивает,- да неужто все желания растерял или забыл чего?
Молчит муж ее и в первый раз опечалился, вроде бы у них все есть, и чего желать еще не понятно, и так совершенен их мир. Тут вспомнил Иван о волке и вороне.
- А может, нам зверей да птиц развести, чтоб по полям, по лесам, рекам и горам жили?
- Идея хороша, да сможешь ли ты, мой милый, создать таких зверей, чтоб разумны были и в мире друг с другом жили?- спрашивает Василиса.
- Думать буду, и пытаться буду, — так ответил и ушел надолго в лес.
Когда вернулся, весел был и творить начал, с первого раза не все получилось, пришлось заново переделывать и только на третий раз вроде бы вышло. Иван так задумал, что если кто-то из животных обидеть другого захочет, либо исчезнет, либо превратится в тех, кого обидеть хотел. И начались бесконечные превращения, мир нестабилен стал, но от идеи своей отказываться он не хотел, настойчив и трудолюбив был Иван. Все в трудах и заботах о своих творениях, а Василисе одиноко стало, затосковала. Понял это царевич, да еще то, что мир гармонию теряет. Только не мог он понять, если мир усложняется, почему гармонии становится в нем меньше. Василиса тем временем цветами занялась, краски стала придумывать, и способ, как из разных цветов их изготавливать, стала сады выращивать, и плоды в тех садах. Иван тем временем уменьшал число зверей и птиц, потому что понял то, что сказал ворон «равновесие в малом хранится». Василисе сотворил чудо, явил копию ее, только маленькую шуструю такую, веселую и румяную. Василиса сначала очень озадачилась, вернулся ее муж домой, а с ним не только звери и птицы, а еще и создание такое милое идет.
- Это кто? – спрашивает Василиса.
- Это дитятко наше, Васена, как ты! Вам друг с другом интересно будет, я в этом уверен.
- Попробуем втроем жить, может смысла в жизни больше станет,- отвечает Василиса.
Стали жить они втроем, хорошо жить. Постепенно начали счастливые островки в мире появляться, какой по воздуху плывет, какой по воде, а какой на суше обозначится. Ступишь, на такой островок и так отрадно на душе станет, а позже на островках стали счастливые семьи появляться и животных и людей. Те острова в гармонии мир держать стали.
Василиса с Иваном да Васеной и с целым миром своим жили неспешно, светло и радостно, когда тебе хорошо, тогда и другим от этого тепло и света больше.
Иван написал книгу о том, как гармонию в мире создавать и поддерживать: «Начинать надо с себя и заканчивать собой, только в промежутке весь мир сквозь себя пропустить и раскрасить его лучшими чувствами и мыслями, любовью и добротой!»

Автор: Валерия Дмитриева 2004


 
ВероничкаДата: Среда, 27.05.2015, 11:29 | Сообщение # 71
Мастер Рейки
Группа: Житель сайта Рейки
Сообщений: 10283
Статус: в медитации
СИЛА ДОВЕРИЯ

В самом обычном поселке городского типа жила самая обыкновенная девчушка-Маришка с непокорной челкой, тощими, торчащими в разные стороны косичками, а ещё с бабушкой. Девочка ничем особенным не отличалась от своих сверстниц: любила играть с собаками и изредка позволяла себе дёргать кошек за хвост. Детство – самая волшебная и прекрасная пора. Дети умеют радоваться настоящему и ценить каждый момент жизни. У них ещё нет прошлого, чтобы сожалеть о нём, и они не умеют планировать будущее – чтобы жить этим ожиданием. А ещё они открыты миру каждым уголком своей души, да и уголков-то у них нет, также, как и камня за пазухойJ. В общем, лишь один солнечный позитив и любопытство (пытливая любовь к миру). И, конечно, главной фигурой, да и полноценной хозяйкой в доме была Бабушка.

Так, как бабушка – это, традиционно, кладезь мудрости, то Маришке, то и дело, приходилось слышать отголоски русского фольклора. Некоторые мысли народа очень забавляли её: «Не мечись, как бабка в огонь», а, другие, наоборот, повергали в уныние: «Беда никогда не приходит одна», «Горе лыком подпоясано», «Бог терпел и нам велел» и т.д. Причём, последние побеждали «забавные» количественно с б-оо-ольшим преимуществом.

Маришка познавала мир день за днём под неусыпным бабушкиным контролем. А жизнь бурлила и звала, манила всевозможными запахами и дерзкими открытиями, и каждый день обещал подарить неисчерпаемые возможности и бросить мир к ногам девчушки. Но бабушкина мудрость была на чеку: «От малого опасенья великое спасенье», «Берегись бед, пока их нет» и ещё – «Гляди под ноги: ничего не найдешь, так хоть ноги не зашибёшь».

Девчушка оказалась очень способной к обучению. Любила читать, рисовать и прекрасно вышивала крестиком. Ещё в подростковом возрасте Маришка мечтала быть учителем. Но на преподавателя надо серьёзно учиться – ехать в город. А бабушка тут как тут: «Осторожность лучше прибыли», «Не спросившись броду, не суйся в воду»! Внучка была послушной девочкой, да и не приято было у них в семье старшим перечить «бабушка – жизнь прожила, знает, как лучше поступить», да и добра желает. А время шло неумолимо быстро…

Пришла пора девушке на работу устраиваться, бабушка и тут «подсобила» – устроила её гувернанткой к зажиточным соседям. Те с радостью её приняли: девушка серьезная, начитанная, к старшим, опять же, уважение имеет, да к тому же смирная и послушная – настоящий клад! И бабушка довольна – внученька рядом, под старческой опекой, в сытости и крыша над головой с дорогущей черепицей. Только жить, да радоваться, — а Маришка, наоборот, загрустила. Книжки умные забросила, за вышивание не принимается, картин не рисует – говорит, «вдохновения нет». А у бабушки на всё ответ готов: «Это у тебя от лени – помой-прибери, воды натаскай – тоску твою как рукой снимет». Девушка взялась за дело: работа в руках кипит: чай, не белоручкой росла, а настроение по-прежнему на нуле. И хватка к жизни как-то ослабевать начала. Слегла Маришка. Смотрит каждое утро в окно на серые, еле пробивавшиеся сквозь туман ветки яблонь и думает: «Что принесёт мне этот день?» Не найдя ответа, мысли медленно и томно проваливаются в липкий и вязкий сон, избавляющий от необходимости принимать решение. Бабушка не на шутку всполошилась: потащила Маришку к ведуньям и экстрасенсам. Те, ауру штопают, чакры стимулируют: вся порча уже повывелась, – а отдачи никакой. Вот же вредная какая девчонка попалась – крепкий орешек! Бабушка уж совсем закручинилась. Подсела к внучке и, пытаясь подбодрить её, начала рассказывать про счастливое будущее, что якобы ждёт Маришку при выздоровлении: «Ну вот, в соседский дом дорожка уже протоптана. Там большак завидным женихом сделался – солидный, важный, при деньгах, а ты себя уже у них зарекомендовала с хорошей стороны, пора брать быка за рога — в оборот мужика, настрогаете детей и жизнь пойдёт: некогда тебе уже будет свои девичьи слёзы в подушку лить, да о несбыточном ныть. Оставишь свои глупости и сделаешься нормальной бабой: дом, хозяйство, скотину по-тихоньку прикупите». Девушка вздохнула и ответила непримиримо на этот раз: «Нет, бабуля, я не хочу жизни с капризным и взбалмошным соседским сынком: он из трактиров не вылезает и глаз я его ни разу не видела, потому как смотрит он в мою сторону лишь на уровне груди». Бабушка тут прям руками всплеснула и посыпалось как из дробовика: «Лучше синица в руках, чем журавль в облаках», но не забывай вечные истины: «Мужу своему не показывай души наготу». Марина даже поднялась в знак протеста: «Я так не смогу, бабуля, чувствую, что не моё это». «А что ж твоё, голубушка?» — приговаривала бабуля, поглаживая внучку по голове. – «В старых девках сидеть или неграмотных бездарей в городе учить? На одном месте, ведь и камень обрастает. Где родился, там и сгодился. А ты наша, деревенская девка и не к чему тебе в образованные леди лезть.» Расстроилась Марина, отвернулась к стене и забылась тяжелым сном… Металась всю ночь как в горячке, а под утро ей приснился сон. Будто углубляется она в лес, что издали чернеет, и с каждым шагом всё светлее и милее сердцу становится, и птицы поют на все голоса, и берёзы приветливо покачиваются, манят своими ветками, словно подбадривая, и одобряюще качают своими шапками столетние крепыши-дубы, и осознание вдруг пришло, что там впереди и есть, то самое, долгожданное счастье. Ели расступаются и пропускают солнечный свет, что так приятно щекочет кожу, словно в детстве. Каждый шаг даётся легко, будто кто за руку ведёт, но деликатно так, нежно направляет. И видит себя Маришка совсем маленькой, но смелой и решительной, как прежде (когда с собаками забавлялась, кошек за хвост дёргала, да платье на заборах рвала). Смотрит она на себя и понимает, что лес совсем не страшен, это лишь путь-дорога к чему-то зовущему, теплому и таинственному. Постепенно шаги делаются такими лёгкими, словно не по земле идёшь, а по воздуху… Что это? – спрашивает Маришка себя и понимает, что уже парит. Парит над землей, и видит с высоты птичьего полета свой дом, деревню и бабушка машет ей рукой, но не с укором – просто желает доброго пути.

Проснулась Марина бодрой и весёлой. Поняла она, что это жизнь к ней приходила, чтобы показать всю красоту и возможности неисчерпаемые, напомнить о желаниях неисполненных, да бездарно забытых. И никакая сила теперь не в силах остановить её намерение стать счастливой. Встала, умылась и вещи складывать начала. Бабушка сначала ворчала, да дулась, а потом улыбнулась, обняла внучку и сказала: «Ну раз уж ты решила за мечтой своей идти – ступай, видно, больше не смогу я тебя возле своей юбки держать. Кто ж знал что ты так мучилась, да переживала? Я же не во вред всё это, а от беды хотела тебя избавить, да от ошибок.» Маришка заливисто засмеялась и сказала: «Дык и я не знала, бабушка, всё верила народной мудрости, и не чаяла, что путь к счастью уже проложен, лишь узелок собрать осталось».

И девушка весело зашагала по тропе в город с твёрдым намерением стать учителем. Пели жаворонки, журчали ручьи, словно указывая ей дорогу, хотя она и так знала, что на верном пути.

Автор: Людмила Маркова


 
ВероничкаДата: Среда, 27.05.2015, 11:31 | Сообщение # 72
Мастер Рейки
Группа: Житель сайта Рейки
Сообщений: 10283
Статус: в медитации
СКАЗ О РОБОСТИ И БЕЗРОПОТНОСТИ — сказка от Ларисы

Давно это было. Жили на Свете Безропотность и Робость. Не то, что жили, а так влачили свое существование. Безропотность была работящая, всю работу всегда выполняла безропотно. Имя то у нее какое – Безропотность. А Робость, та с ленцой была, но никогда не с кем не спорила, ничего не доказывала, никуда не лезла — робела. Имя значит свое оправдывала. Жизнь плелась в однообразии дней и событий. Да и какие события могли случиться у Робости да Безропотности, коль не умели они даже чего то захотеть.

Страх совсем завладел ими, и понукал по каждому поводу, да запреты на все ставил.

Безропотность боялась слово поперек молвить. А Робость, та вообще глаза поднять не смела.

Со временем стали они злыми, сварливыми, да подозрительными.

Так бы и влачили они жалкое свое существование до конца дней своих, но однажды….



Как то по весне занесло к ним ветер перемен – эдакого чудака с настроением и стремлением все менять. Вот, что под руки попадется – все меняет! Закружил он головы робости и Безропотности, Да еще между ними дружка своего Соперничество поселил. А Соперничество то выдумщиком на всякие розыгрыши был, умен, да хитер. Как говорится любил душу взбудоражить! Посмотрел он на серость жизни Робости и Безропотности, и стало ему не по себе. С другом своим Ветром перемен и решили они души взбудоражить, да так, чтоб жизнь на яркую, да веселую поменять.

Стал Соперничество к робости захаживать, да рассказывать как Ветер перемен с Безропотностью по лесу гуляют. Потом к Безропотности невзначай заскочит и ну повествовать как дружок то его с Робостью закат у реки провожают.

Взбередил то души их. А у тех все нутро то заклокотало, забурлило, да запузырилось. Стали друг перед другом щеголять, кто краше значит показывать. Нарядов себе накупили, да косметики всякой разной, не смотря на запреты Страха. Да и какие такие запреты, когда жениха то из под носа уводят. Модой стали интересоваться, журнальчики всякие перелистывать, да статейки психологические почитывать. Преобразование прямо с ними произошло великое – захорошели, да ладненькие такие, да складненькие получились. Ох как запаниковал Страх, да заерзал, да извилинами зашевелил.

Ветер перемен с Соперничеством по плечу друг друга похлопывают, довольнехонькие! Дескать, удалось таки перемены осуществить. Только внешний то фактор – это только начало! Для полного преображения то и внутренний мир поменять надобно! А тут сложнее конечно! И задумали эти потешники хитрость одну…

Пустили они Слух, а тому только намекни, так на уши присядет, успевай слушай! Слух то Робости сказал, что Безропотность замуж за ветер перемен выходит, а Безропотности, что Робость. Да так все смастрячил, да преукрасил, что у тех и тени сомнения в подлинности не осталось. Эти то две свиристелки непроявленные, Слухом подталкиваемые и понеслись на разборки друг с другом. Кто мол из них лучше, да достойнее Ветра перемен. Несутся навстречу друг другу разъяренные, да разгоряченные Слухом.

А те трое – Слух, Соперничество, да Ветер перемен сидят спокойненько на завалинке, семечки лузгают, да выжидают действо какое разыграется.

Эти две свиристелки на полпути от домов то своих и столкнулись, и ну выяснять кто есть кто. И пошла меж ними такая перепалка – и словесная, и телесная… Выплеснулось то из них все, что за годы робости да безропотности накопилось. Чуть этих троих с завалинки не смело.

Упали Робость с Безропотностью в травушку зеленую обессиленные, и глазами друг на друга зыркают.. Тут случайно мимо смех проходил, ну и разобрал он их по самое не хочу!

Страх то почуял неладное, примчался, смотрит – Робость с Безропотностью в траве катаются, да от смеха корчатся, а Ветер перемен, Соперничество и Слух с довольными минами семечки на завалинке лузгают.

Свиристелки то вдоволь насмеялись, в реальность вернулись, да довольные то рожи эти и увидели. Встали, отряхнулись. Робость хотела как всегда глаза в землю опустить, а они то у нее не опускаются. И пришлось ей первый раз с широко открытыми глазами на мир взглянуть. Подняла она руки к красну солнышку, да вдохнула полной грудью Жизнь многогранную. А с глазами то раскрытыми к ней и осознание пожаловало, дескать нет ничего невозможного, только захоти! А ей, свиристелке то этой смех уж больно приглянулся… А тому только намекни!

Безропотность то – свиристелка другая запала на Ветер перемен. Тому тоже Безропотность дорога стала. Так две свадьбы в один то день и сыграли. С тех пор так и ведется – кто робок, тому смех на помощь всегда придет, а кто безропотен, так Ветер перемен всю душу вынесет, пока внутренний мир и убеждения не сменит!

Слух и Соперничество закадычными друзьями стали. По миру ходят да розыгрыши устраивают. Нравится им потешать народ.

Страху правда не повезло. Скитается он бедный один одинешенек по белу Свету, никак пристанища не сыщет. А дружить то ни с кем не может – страшно!

Автор: Лариса Лощинина


 
ВероничкаДата: Среда, 27.05.2015, 11:32 | Сообщение # 73
Мастер Рейки
Группа: Житель сайта Рейки
Сообщений: 10283
Статус: в медитации
Сказительница ВИРИНЕЯ — СКАЗ О ЛЮБЯЩЕМ СЕРДЦЕ

Волшебники всегда говорят: «Слушай своё сердце!» А как слушать, не говорят. Можно услышать, как ритмично оно стучит. Так сердце проявляет себя как орган тела, который перекачивает кровь и обеспечивает жизнедеятельность организма. А можно услышать голос сердца. Он очень тихий, тонкий, очень деликатный. Многие считают, что именно в сердце обитает Душа.
Однажды в тишине я услышала зов сердца. Я приложила руку к области сердца, закрыла глаза и отправилась в путешествие к своему сердцу. Меня радостно встретила Хранительница моего сердца – Радужная Фея. Представьте себе сияющее ангелоподобное существо с крыльями, с радужной короной на голове. Белое воздушное платье Феи постоянно меняло цвет, окрашиваясь то в зелень листвы, то в голубизну неба, то в серебряное мерцание звёзд, то в синеву океана, то в разноцветье полевых цветов. Хранительница моего сердца всегда пребывала в большой радости, даже когда мне бывало грустно. Её голос – зов сердца всегда наполнен тихой благодатью любви.
Фея взяла меня за руку и повела вглубь сердца. Всё пространство вокруг меня наполнилось радужным сиянием. Сначала я решила, что это сияние исходит от Феи, но, оглядевшись, увидела, что свет идёт от огромного дерева, похожего на дуб или ясень.
- Это – твоё национальное достояние, это – завод, на котором производится твоя любовь.
- Завод?
Я огляделась вокруг. Заводы, которые я видела в больших городах, совсем не походили на то, что открылось моему взору. Кроме дерева я ничего не увидела. Его размеры поразили моё воображение. В реальной жизни я таких деревьев не встречала. Вертикальная ось дерева проходила от земли до облаков. Ствол был прямым как копьё и заканчивался пикой, уходящей за облака. Диаметр ствола у подножия был примерно 100 метров. Дерево было широчайшим и высочайшим! Высоту дерева я не смогла оценить, так как ствол и ветви уходили далеко – в необозримую высь к небесам. Ветвей было много, разной формы и разного диаметра. Хорошо были видны и корни дерева. Они, как щупальца осьминога, уходили далеко вниз. Казалось, что корни достигали самого центра земли. Созерцая дерево, я ощутила его величие, мощь и красоту. Тяжёлая упругая древесина ствола была ясного цвета, и я решила, что всё – таки это дерево – ясень. Фея подтвердила мои предположения.
Я стояла и любовалась сиянием дерева и разноцветьем красок.
- Сейчас ты увидишь весь технологический цикл производства любви.
Мы подошли к дереву, Фея предложила мне подняться по лестнице, приставленной к дереву. Лестница заканчивалась около дупла, которое имело круглую форму. Мы поднялись по лестнице. Я шагнула на последнюю ступеньку, вошла в дупло и замерла в изумлении.
Пространство внутри дерева было похоже на праздничный весёлый разноцветный город. В центре – озеро, из середины которого бил источник. Озеро было живым, огромным. Вода – лёгкая и светлая на поверхности утяжелялась, уплотнялась в глубину. Я посмотрела в озеро, дна не было видно, на меня смотрела бездна.
Источник в центре озера был похож на фонтан. Он переливался всеми цветами радуги. Струи фонтана были разного размера, разного цвета. Одни из них уходили далеко ввысь – за пределы видимости, другие – в боковые ветви, третьи ниспадали в озеро и уходили по корням вниз.
Я вопросительно посмотрела на Фею.
- Это озеро, как бы сказали люди, – склад сырья, из которого изготавливается твоя любовь. Это хранилище, где хранится благодать любви. Посмотри, какая она красивая! Как она переливается разными красками! Она похожа на самоцветы, сверкающие на солнце. Как она искрится! Любовь прекрасна всегда!
В озере то здесь, то там вспыхивали золотые звёздочки.
- Посмотри: благодать любви вся пронизана золотыми нитями.
- Из этого сырья изготавливается твоя любовь к каждому человеку, ко всему сущему.
Я заворожено смотрела на источник. Картина постоянно менялась: фонтан то спокойно взлетал вверх прямыми струями, то извивался, как змейки, то рассыпался на мелкие капли, похожие на яркие звёздочки в летнем ночном небе. Струи фонтана были подобны фейерверку, языкам пламени, извергающемуся гейзеру, летящим птицам; молнии, рассекающей небо; воздушному змею, устремляющемуся в небеса.
Я застыла на месте как изваяние, силясь постичь увиденное.
Из этого состояния меня вывел тихий голос Радужной Феи.
- Вокруг озера множество мелких озёр. Это – хранилища, в которые поступает сырьё от других людей, которые тебя любят.
Я посмотрела вокруг. Из центрального озера выходили каналы, которые соединяли его с маленькими озёрами. Все озёра были разными, одно краше и удивительнее другого. Среди них были большие и маленькие, круглые – правильной формы и похожие на облака. В одном озере вода переливалась всеми цветами радуги; в другом – вода жёлтого цвета; в третьем – ярко – красного; в четвёртом – вода отливала серебром, как будто бы наполненная лунным светом; в пятом – на поверхности воды вспыхивали огоньки как светлячки на лесной поляне; в шестом – вода была соткана из тончайших шёлковых перламутровых нитей; в седьмом – вода бурлила, напоминая извержение вулкана; в восьмом, наоборот, вода была спокойна и зеркальна.


 
ВероничкаДата: Среда, 27.05.2015, 11:33 | Сообщение # 74
Мастер Рейки
Группа: Житель сайта Рейки
Сообщений: 10283
Статус: в медитации
продолжение

Я созерцала всю картину с изумлением и восхищением! Какая удивительно разная любовь!
- Каждое озеро наполняется любовью одного человека.
- Интересно, как я могу узнать, в каком озере пребывает любовь конкретного человека?
- Ты можешь узнать это, заглянув в озеро. Сначала назови имя, потом прислушайся к себе и почувствуй, куда тебя тянет, к какому озеру. Когда почувствуешь, начинай двигаться в этом направлении.
Я шагнула к озёрам. По окружности за озёрами я увидела множество зелёных огоньков. Местами вспыхивали красные огоньки.
Фея пояснила, что около каждого озера есть три цветка: белый, зелёный и красный. Всё благополучно – горит зелёный свет. Если у этого человека что – то случается, и он нуждается в моей любви, вспыхивает красный цветок.
- А белый цветок для чего?
- Узнаешь в своё время.
Я посмотрела вверх на ветви. Дерево было полностью прозрачно и доступно для созерцания как изнутри, так и снаружи. Казалось, что я одновременно нахожусь внутри дерева и стою около него.
Внутри каждой ветви было два потока: они проходили параллельно друг другу, не пересекаясь. Один поток шёл к маленькому озеру, другой выходил из центрального озера. Глядя на них, я могла увидеть, какой поток любви идёт от меня к человеку, а какой – от него ко мне.
Присмотревшись внимательно, я заметила, что в самую середину центрального озера рядом с источником низвергается водопад. Я запрокинула голову, пытаясь рассмотреть источник водопада. Казалось, что вода падала с небес – через вершину дерева.
- Это – поток божественной благодати любви, которая наполняет озеро кристально чистой, живой водой, это – поток солнца и небес, который течёт к тебе постоянно.
Вода сверху тихо струилась также и по боковой внутренней поверхности ствола, пополняя маленькие озёра. От этого притока вода в озёрах быстрее продвигалась по каналам в центральное озеро. Там все потоки перемешивались. Не перемешивались только золотые нити, которые пронизывали всё пространство дерева, соединяли центральный источник со всеми ветвями и корнями.
- Золотые нити всегда наполнены благодатью любви. Благодаря этим нитям каналы любви не иссякают и надёжно защищены.
Я посмотрела вниз. В просвете между центральным озером, каналами и маленькими озёрами я увидела корни.
- Через корни дерева центральное озеро наполняется силой и любовью Великой Матушки Земли.
По каждому корню проходило два потока.
- Это – любовь твоих предков и твоя память о них, твоя любовь к ним.
Я посмотрела вверх. На дереве было множество листьев и плодов. По ним также струились потоки любви.
- Это любовь, которую даёт тебе природа. На ветвях ясеня созревают все плоды, приносимые деревьями Земли.
- Ты можешь сорвать плод Ясеня, подержать его в руках. Этот плод открывает двери к новым знаниям, которые скрыты внутри тебя. Гроздья ясеневых плодов подобны связкам ключей, способных приоткрыть дверь в будущее и помогающих постичь сокровенное. Ясень интегрирует прошлое, настоящее и будущее, связывает мир духовный и мир материальный, это – коридор между внутренним миром и миром внешним. Находясь в его пространстве – пространстве любви, ты наполняешься благотворной и целебной силой и получаешь защиту.
Я подошла поближе к каналам и увидела, что вокруг центрального озера между каналами расположены удивительные сооружения, похожие на чайники. В них что – то булькало, из «носиков» периодически выплёскивалась вода в центральное озеро. Они были причудливой формы, окрашены в разные цвета, отличались по размеру.
Я вопросительно посмотрела на Фею.
- Это твои чувства, эмоции, мысли, идеи, которыми ты наполняешь любовь.
Один из чайников был самым большим.
- Это резервуар памяти, которая также впрыскивает в любовь своё содержимое.


 
ВероничкаДата: Среда, 27.05.2015, 11:34 | Сообщение # 75
Мастер Рейки
Группа: Житель сайта Рейки
Сообщений: 10283
Статус: в медитации
продолжение

- Хочешь увидеть, как в твоём сердце изготавливается любовь к конкретному человеку, может быть, самому близкому или самому важному для тебя, или к которому у тебя больше всего вопросов? Назови имя, и ты увидишь весь технологический цикл и его результат.
Я назвала имя.
Тут же запустился процесс. Из всех чайников полились различные «добавки»: эмоции, мысли, чувства, идеи, память. В одном из маленьких озёр появилось свечение. Это было озеро, куда текла любовь ко мне от этого человека. Из него усилился поток по каналу, ведущему в центральное озеро. Там все потоки тщательно перемешивались. К ним добавлялись потоки от листьев и плодов ясеня, потоки из корней и из центрального водопада. Через некоторое время из центрального озера ударила сильная струя. Она попала в ветвь и заструилась по ней.
Заглянув в неё, я увидела, какоё сырьё от этого человека идёт ко мне, какой поток заполняет это маленькое озеро. Картина мне понравилась, хотя мой поток был намного больше и сильнее. Я почувствовала, что поток любви от того человека был лёгким и радостным.
- Посмотри, что выходит из ветви наружу?
Я глазами проследила весь путь потока и увидела, как из ветви вылетают белые волшебные птицы невиданной красоты, похожие на маленьких лебедей.
- Какое красивое послание любви! – Воскликнула я.
- Это – не просто любовь, это – вестники любви, которые летят от твоего сердца к сердцу другого человека. Эти образы – живые существа. Хочешь, может взять одну птицу и рассмотреть её поближе.
Я протянула руку и в ней тут же оказалась белая птица. Она спокойно смотрела на меня чёрными блестящими глазами, проникая в самую душу.
Я взмахнула рукой, предоставляя ей возможность лететь.
- А сейчас подойди к озеру, куда течёт любовь от этого человека, и загляни в него. Смотри. Сейчас ты увидишь, получил ли он твой подарок.
Я подошла к озеру. Оно было тихо и спокойно, переливалось разными красками. Я ничего в нём не увидела.
- Прикоснись к белому цветку!
- Я прикоснулась. Вода прояснилась, и на зеркальной глади проступили глаза любимого человека, потом лицо, силуэт. Я увидела, как вдруг его глаза засияли. Они наполнились полученной от меня любовью. Затем в его сердце вспыхнул огонёк, это моя любовь дошла до его сердца. На его лице появилась лёгкая улыбка.
В этот же миг я почувствовала, как моё сердце наполнилось ответной любовью. Обмен состоялся. Я глубоко вдохнула этот поток в себя, заполняя любовью каждую клеточку своего существа.
Образ на поверхности воды исчез.
Я стояла рядом с Феей, полностью растворившись в пространстве любви, не ощущая своего тела.
- Любовь всегда чиста и прекрасна. Любовь — это дыхание души, это природа души. Вечное предназначенье души – бескорыстна и безусловная любовь. Обмен любовью, отдавание и принятие любви – это закон жизни.
Фея продолжала:
- Ты можешь приходить сюда в любое время, всегда, когда тебе захочется послушать тишину или разобраться в себе; обрести ответ на волнующие вопросы или послать кому – то свою любовь. Ты можешь входить в пространство своей любви, чтобы наполняться силой и божественной любовью, любовью своих предков, любовью Земли и Солнца или, чтобы просто полюбоваться её красотой и силой.
Я низко поклонилась Фее. Я знаю, что Радужная Фея верно и надёжно хранит моё большое и прекрасное сердечное хозяйство, наполненное благодатью любви.
- Благодарю.
Я вышла из сердечного пространства и открыла глаза. Мне показалось, что пространство вокруг меня незримо изменилось. Оно наполнилось радужным сиянием благодати любви.

Сказительница Виринея


 
Форум » Зал нашего досуга » Сказки от Эльфики » СКАЗКИ друзей ЭЛЬФИКИ (5 ЧАСТЬ)
Страница 5 из 6«123456»
Поиск:

Мини чат

Вам здесь всегда рады!!!